ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН
    РОМАН ПУШКИНА
    И О РОМАНАХ ПУШКИНА -
        ВСЁ, И ДАЖЕ БОЛЬШЕ

              

X.

И вот в дороге мой Евгений,

Заброшен дом, забыт покой

В исканьях новых впечатлений,

В надежде справиться с тоской.

Среди равнины полудикой

Он видит Новгород-Великой;

Смирились площади - средь них

Мятежный колокол утих,

Но бродят тени великанов:

Завоеватель-скандинав,

Законодатель Ярослав,

С четою Грозных Иоаннов.

А вкруг поникнувших церквей

Кипит народ минувших дней -

 

XI.

Тоска, тоска! Спешит Евгений

Скорее далее: теперь

Мелькают мельком, будто тени,

Пред ним Валдай, Торжок и Тверь.

Тут у привязчивых крестьянок

Берёт три связки он баранок,

Здесь покупает туфли, там

По гордым волжским берегам

Он скачет сонный. Кони мчатся

То по горам, то вдоль реки.

Мелькают вёрсты; ямщики

Поют, и свищут, и бранятся;

Пыль вьётся. Вот Онегин мой

В Москве очнулся на Тверской.

 

XII.

Москва Онегина встречает

Своей спесивой суетой,

Своими девами прельщает,

Стерляжьей потчует ухой;

В палате Английского клоба

(Народных заседаний проба!),

Безмолвно в думу погружён,

О кашах пренья слышит он.

Замечен он. Об нём толкует

Разноречивая молва,

Им занимается Москва,

Его шпионом именует,

Слагает в честь его стихи

И производит в женихи.

 

XIII.

Он оказался в привередах

В сужденьях отставных бояр:

Вельможи на больших обедах,

Кузнецкий мост, Тверской бульвар

По общему благому мненью

Холостяком по убежденью

Его успели окрестить -

Уж где как не в Москве пленить,

Как девами не увлекаться

В садах московских богачей!..

Но  он,  по опыту друзей, 

Имея повод опасаться,

Что скуки не излечит брак,

Им  возражал  примерно  так:


XIV.

“Женись!” - “На ком?” - “На Вере Чацкой.” -

“Стара!” - “На Радиной.” - “Проста.” -

“На Гальской.” - “Смех у ней дурацкый!” -

“На Шиповой.” - “Бедна, толста.” -

“На Минской.” - “Слишком томно дышит.” -

“На Торбиной.” - “Романсы пишет.” -

“На Маше Липской.” - “Что за тон!

Гримас, ужимок миллион!” -

“На Лидиной.” - “Что за семейство!

Шалунья-мать, отец дурак.” -

“Ну, так на Миллер!” - “Как не так!

Приму в родство себе лакейство:

У них орехи подают,

Они в театре пиво пьют...”

 

            8, X, 8. Мятежный колокол - колокол, созывавший граждан средневекового Новгорода на вече, общегородское собрание. Звоном вечевого колокола не раз начинались смуты в Новгороде, а решения новгородского вече часто шли вразрез с княжеской властью, - вообще новгородская республика, “вольница”, вполне заслужила эпитет “мятежная”, начиная с восстания Вадима при Рюрике и вплоть до сопротивления, оказанного власти Ивана III и Ивана Грозного, когда была окончательно потоплена в крови. Через четверть века после смерти Пушкина, к 1000-летию воцарения Рюрика, в Новгороде будет поставлен памятник в виде колокола.

            8, X, 9. Тень - то, что остается от человека после его физической смерти (сравни с примеч. к 6, XL, 8). Далее пойдет речь о призраках исторических деятелей, сыгравших решающую роль в судьбе Новгорода.

            8, X, 10. ...скандинав - Рюрик, первый исторический русский князь, правил в Новгороде с 862 года до своей смерти в 869 году. (.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .)

            8, X, 11. Ярослав Мудрый (978?-1054), сын великого князя Владимира, (.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .) после смерти брата своего Вышеслава, наследовал княжение в Новгороде, где правил до 1015 года и в 1017-19. (.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .)В борьбе со своим сводным братом Святополком Окаянным стал с 1015 Великим князем Киевским, но в 1017 был свергнут Святополком и бежал в Новгород. В 1019 окончательно победил Святополка и правил в Киеве до самой своей смерти. Став Великим князем, дал Новгороду “особенные уставы и вольности”. На время его Великого княжения приходится эпоха высшего расцвета древней Киевской Руси. (.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .)Видимо, еще будучи новгородским князем, Ярослав написал устав “Русская Правда”, который лег в основу свода законов, составленного им во время Великого княжения в Киеве(.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .)

            8, X, 12. Чета - пара. Речь идет о русских государях Иоанне III Васильевиче и Иоанне IV Васильевиче. Это - дед и внук, Иван IV вошел в историю как Иван Грозный, а его дед также носил прозвание “Грозный” среди придворных. (.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .)

            Иоанн III Васильевич (1440-1505) - государь и Великий князь всея Руси в 1462-1505 годах, (.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .). В Новгороде против власти Ивана III выступила партия, возглавляемая Марфой-посадницей (вдовой посадника Исаака Борецкого), намеревавшаяся передать Новгород “королю польскому и князю Великому литовскому” Казимиру. В 1471 году новгородцы были разбиты на реке Шелони уступающими им в численности войсками Ивана III при содействии ополчения граждан Пскова, а в 1478 пришел конец более, чем шестисотлетней, Новгородской вольнице. Все земли Новгорода вошли в состав Московского государства, вече было упразднено, вечевой колокол отвезен в Москву и затем повешен на колокольню выстроенного в 1479 году нового Успенского собора. (.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .)

            Иоанн IV Васильевич (1530-1584) - человек, долее всех других (50 лет) пробывший на русском престоле, государь в 1533-1584 годах, с 1547 года управлявший самостоятельно в звании “Великий государь, царь и Великий князь всея Руси”(.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .). Иван Грозный опасался возрождения Новгородской вольницы и мятежей новгородцев: в 1569 году он сначала переселил 150 новгородских и 500 псковских семейств в Москву, а затем на основании клеветы и фальшивой грамоты, подброшенной новгородцам неким волынским бродягой Петром, обвинил Новгород в измене и двинулся к нему с многочисленной дружиной, разорив и наполнив трупами лежавшие на пути Клин, Тверь, Торжок, Вышний Волочек и все места до озера Ильмень (примерно этим путем, но в обратном движении сейчас поедет из Новгорода в Москву Онегин). Затем в течение шести недель убивали новгородских жителей, убили около 60 тысяч, включая многих священников; архиепископа Пимена посадили полураздетого на белую кобылу и заставили играть на волынке и бить в бубен; грабили город, включая соборы и храм Святой Софии(.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .)

            8, X, 14. ...народ минувших дней. - В средневековом Новгороде, по Карамзину, существовали следующие сословия: огнищане-бояре; купцы; младшие люди и чернь, –   первые   два   назывались   лучшие   люди.   Во  времена  Онегина   сословия  в  России  были представлены дворянами, купцами, мещанами и крестьянами, - причем первые два были, по существу, привилегированными.

 

 

           8, XI, 4. Валдай, Торжок и Тверь - вероятно, начало путешествия Онегина можно представить так: из Петербурга на юго-восток через Тосну в Чудово; оттуда поворот на юг, чтобы посетить Великий Новгород; затем снова на юго-восток, переправляясь через Мсту и ее мелкие притоки - через Крестцы на Валдай; оставляя в стороне слева Бологое, по прямой на Вышний Волочек; оттуда, слегка отклоняясь к югу на Торжок - и, снова принимая юго-восточное направление, - в Тверь; далее по берегам верхней Волги через Клин - в Москву, в которую въезжал он, по всей видимости, со стороны Химок через Тверскую заставу - т.е. там же, где в следующем году будут въезжать в Москву Ларины. Это в целом схема официальной дороги из Петербурга в Москву, имеющая несколько больше поворотов, чем построенная вскоре по манию Николая железная дорога, - по этому пути из Москвы в свое Псковское имение и обратно неоднократно ездил через Новгород и сам Пушкин (.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .). Подробности онегинского маршрута можно найти в разделе География, перейдя далее по ссылке в специальный файл презентации.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

            8, XI, 14. ...на Тверской - Тверская улица в Москве недавно получила свое прежнее название. В советскую эпоху - улица Горького.

 

 

 

 

 

 

 

 

            8, XII, 4. ...стерляжьей потчует ухой – ухой из стерляди, рыбы  семейства осетровых. Осетровые рыбы являются русским национальным деликатесом: кроме вкусовых качеств они отличаются еще тем свойством, что филейные части занимают в них значительно больший относительный объем, их кости, панцирные “жýчки”, легко отделяются от мяса, а спинной хрящ, “вязига”, вполне съедобен, так что при аккуратном приготовлении практически нет шансов подавиться мелкой косточкой. (.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .)

            8, XII, 5. Английский клоб (клуб) – элитная организация, основанная в Москве в 1772 году (.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .),  членство в ней было весьма престижным для русских дворян(.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .)

 

 

            8, XII, 8. (.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .)

 

 

 

            8, XII, 12. …шпионом… - вполне естественное подозрение в отношении человека, прибывшего из других краев. Не следует забывать, что зреет смута и недалеко до 14/XII 1825 года. Возможность того, что Онегин - политический осведомитель, автор решительно отвергает в 9, XIV.

 

 

 

 

 

 

 

 

              8, XIII, 4. Кузнецкий мост, Тверской бульвар – места частых случайных встреч близких знакомых, и соответственно - очаги появления и распространения сплетен: Кузнецкий мост славился своими модными магазинами, это место, где принято делать покупки, а Тверской бульвар - место прогулок. (.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

            8, XIV, 1-11. Фамилии вымышленные, но звучат как дворянские, см. коммент. к Посвящению 1825 года, предисловию и названию.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

            8, XIV, 11. Миллер – московская родственница Федора Миллера (?-1840), камердинера Александра I, получившего от него дворянское достоинство. На даче Миллера жил Пушкин, по крайней мере в июне 1833 года; недалеко от нее состоялась в 1837 его дуэль с Дантесом.

Конструктор сайтов - uCoz