ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН
    РОМАН ПУШКИНА
    И О РОМАНАХ ПУШКИНА -
        ВСЁ, И ДАЖЕ БОЛЬШЕ

              

XXXIII.(XXI)

Чуть отрок, Ольгою пленённый,

Сердечных мук ещё не знав,

Он был свидетель умилённый

Ея младенческих забав;

В тени хранительной дубравы

Он разделял ея забавы -

Тогда с улыбкой их отцы

Сулили им уже венцы.

Так в Ольге милую подругу

Владимир видеть привыкал

И часто без неё скучал,

Когда, один бродя по лугу,

Без милой Ольги, меж цветов

Искал одних ея следов.

 

XXXIV.(XXII)

Она поэту подарила

Младых восторгов первый сон,

И мысль об ней одушевила

Его цевницы первый стон.

Простите, игры золотые! -

Он рощи полюбил густые,

Уединенье, тишину,

И ночь, и звёзды, и луну -

Луну, небесную лампаду,

Которой посвящали мы

Прогулки средь вечерней тьмы,

И слёзы, тайных мук отраду, -

Но ныне видим только в ней

Замену тусклых фонарей.


XXXV.(XXIII)

Всегда скромна, всегда послушна,

Всегда, как утро, весела,

Как жизнь поэта - простодушна,

Как поцелуй любви - мила;

Глаза, как небо, голубые,

Улыбка, локоны льняные,

Движенья, голос, лёгкий стан -

Всё в Ольге... Но любой роман

Возьмите, и найдёте, верно,

Ея портрет - он очень мил,

Я прежде сам его любил,

Но надоел он мне - безмерно.

Позвольте мне, читатель мой,

Заняться старшею сестрой.

 

XXXVI.(XXIV)

Ея сестра звалась Татьяна...[2]

Впервые именем таким

Страницы нежные романа

Мы своевольно огласим.

И что ж? - Оно приятно, звучно,

Но с ним, я знаю, неразлучно

Воспоминанье старины

Иль девичьей. Мы все должны

Признаться: вкуса очень мало

У нас - и в наших именах

(Не говорим уж о стихах).

Нам просвещенье не пристало,

И нам досталось от него:

Жеманство - больше ничего.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

           2, XXXIV, 4. Цевница – свирель  (авлос или флейта Пана),  –  символ пастушеской (пасторальной, буколической) поэзии(.  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .  .).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

[2] Сладкозвучнейшие греческие имена, каковы, например: АгаΘон, Филат, θедора, θекла и проч., употребляются у нас только между простолюдинами.                (Примечание  А. С. Пушкина)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

            2, XXXVI, 12. Просвещенье - служить людям, передавая им свет знаний - особое духовное движение в Европе XVII-XVIII веков. Начинается оно в Англии (философы Гоббс, Локк, литераторы Свифт, Дефо и т.д.), приводит к революции 1649 года, затем перекочевывает во Францию, где рождаются два поколения “просветителей” (старшие - Вольтер, Монтескье, и младшие - авторы Энциклопедии: Дидро, Руссо, Гольбах, Гельвеций и др.), и наконец приводит к революции 1789 года. В России это соответственно эпохи Петра Великого и Екатерины II. Большое влияние на умы “просветителей” имели идеи масонства (см. примечание к 2, VI, 10). Вместе с тем XVIII век отличался искусственностью, жеманством, большим количеством правил поведения, особым складом светских салонов, особой странной одеждой, призванной скрывать возраст: седые парики, детские ботинки и детские чулочки, короткие расшитые камзолы. (см. примечание к 2, VI, 13-14).

            2, XXXVI, 14 ....жеманство... – Даль выводит это слово от глагола “жать (сжимать)”, считает однокоренным к “ужимкам” и объясняет так: “ужиматься, красоваться ужимками, охорашиваться ломаясь, выказывать пригожество изысканными приемами, миловидничать”.

Конструктор сайтов - uCoz