ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН
    РОМАН ПУШКИНА
    И О РОМАНАХ ПУШКИНА -
        ВСЁ, И ДАЖЕ БОЛЬШЕ

              

XLII.(XXX)

Она любила Ричардсона

Не потому, чтобы прочла,

Не потому, чтоб Грандисона

Она Ловласу предпочла[3], -

Но в старину княжна Алина,

Ея московская кузина,

Твердила часто ей об них.

В то время был ещё жених

Ея супруг, - но поневоле:

Она вздыхала по другом,

Который сердцем и умом

Ей нравился гораздо боле -

Сей Грандисон был славный франт,

Игрок и гвардии сержант.

 

XLIII.

Тогда, при Павле, круг дворянской

Чуждался щегольства речей

И щекотливости мещанской

Присяжных чопорных судей;

Тогда гостиною свободной

Был принят слог простонародный,

И благородству не вредил      

Того, кто просто говорил

 (Чему, наверно, удивится,

Готовя свой разборный лист,

Иной глубокий журналист -

Но в свете мало ль что творится,

О чём у нас не помышлял,

Быть может ни один Журнал!);


XLIV.

Тогда насмешкою холодной

Никто б не встретил старика,

Заметя воротник немодный

Под бантом шейного платка;

Хозяйка спесью не смущала

И новичка-провинциала -

И быть равно для всех могла

Непринуждённа и мила.

Но наша дева перед балом

Твердила помудрёней па,

Отца звала “mon cher papa”,

Умела щёлкать опахалом

И Грандисона своего

Любила более всего, -

 

XLV.(XXXI)

Как он, она была одета

Всегда по моде и к лицу.

Но, не спросясь ея совета,

Девицу повезли к венцу.

И, чтоб ея развеять горе,

Разумный муж уехал вскоре

В свою деревню, где она,

Бог знает кем окружена,

Рвалась и плакала сначала,

С супругом чуть не развелась, -

Потом хозяйством занялась,

Привыкла и довольна стала:

Привычка свыше нам дана,

Замена счастию она.[4]


XLVI.(XXXII)

Привычка усладила горе,

Не отразимое ничем.

Открытие большое вскоре

Её утешило совсем:

Она, меж делом и досугом,

Открыла тайну, как супругом

Самодержавно управлять -

И всё тогда пошло на стать:

Она езжала по работам,

Солила на зиму грибы,

Вела расходы, брила лбы,

Ходила в баню по субботам,

Служанок била, осердясь, -

Всё это, мужа не спросясь.

 

 

 

 

[3] Грандисон и Ловлас, герои двух славных романов.                              (Примечание  А. С. Пушкина)

           2, XLII, 3-4 и Примечание Пушкина №14 к этим стихам. Грандисон - главный герой романа С.Ричардсона “История сэра Чарльза Грандисона” (перевод на французский сделан аббатом Прево в 1755). Набоков приводит характеристику Грандисона, данную самим автором: “пример человека, поступающего всегда хорошо в различных тяжелых ситуациях”. Ловлас или Ловелас (несколько смахивающий на дон Жуана аристократ, соблазнивший Клариссу, девушку не дворянского происхождения, которая в результате умирает) - персонаж романа С.Ричардсона “Кларисса Гарлоу” (перевод на французский сделан аббатом Прево в 1751).

            2, XLII, 5. Алина - ласкательное от “Александра”.

            2, XLII, 6. Кузина - двоюродная сестра.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

    2, XLIII, 1. Павел I (1754-1801) - русский император с 1796 по 1801 год, сын Петра III и Екатерины II (Екатерина в своих “Записках” намекает, что отцом Павла является Салтыков, но эти записки были рассчитаны специально на восприятие этого, весьма спорного, факта самим Павлом) и отец императоров Александра I и Николая I. Перед смертью Екатерина хотела лишить Павла престолонаследия, это не удалось, благодаря интриге графа Безбородко. По восшествии на престол Павел резко переменил политику сравнительно с принципами своей матери - это вызвало недовольство верхушки дворян екатерининской эпохи, в результате Павел был убит заговорщиками. Смертельный удар ему нанес золотой табакеркой брат последнего любовника Екатерины II - Валериан Зубов. На следующий день было официально объявлено: государь император скончался от удара - и началась 25-летняя эпоха царствования Александра I, во время которой Александр Пушкин был сослан на юг России, где начал работу над “Евгением Онегиным”.
    2, XLIII, 3. ...мещанской... - Россия в XIX столетии делилась на сословия. Два низших сословия, крестьяне (т.е. христиане, см. примеч. к 7, XLIV, 9 и 5, XV, 11) и мещане (городские жители, от “место” - город), назывались податными, т.к. платили подать, т.е. налог. Крестьяне были на положении рабов, их до 1861 года можно было покупать и продавать. Мещане были лично свободными. Следующий слой составляли купцы (от “купить”) – представители   торгового   капитала,    которые  соразмерно  величине  капитала   делились  на гильдии и вносили в государственную казну довольно большую соответствующую пошлину. Верхним сословием было привилегированное дворянство (от “двор” - часть земли, выдававшаяся за военную службу), которое освобождалось от налога, однако было обязано нести воинскую службу, начиная с низшего офицерского чина. Впрочем, во времена Пушкина это уже стало формальностью и большинство дворян вообще не служило, а лишь числилось тем, что мы сейчас привыкли называть офицерами запаса (подробности хорошо изложены у Лотмана на стр. 50., хотя он почему-то уменьшает % неслужащих дворян). Так, ни Онегин, ни Ленский к армии никакого отношения не имеют. Роль дворянства была в это время другая - они как благородная часть общества были носителями культуры. Неблагородный же слой мещан презирался, ему приписывался дурной вкус и невежество - позднее слово мещанин будет просто обозначать человека с плохим вкусом.
    2, XLIII, 5. Гостиная - комната для приема гостей. В XVIII веке это салон - нечто более масштабное и торжественное. Сравни у Блока, о XIX веке: “век не салонов, а гостиных” (начало поэмы “Возмездие”).
    2, XLIII, 10. Разборный лист - в данном случае - критическая статья, где разбирают чьи-то достоинства и недостатки.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

    2, XLIV, 4. Шейный платок – из трех- или четырехугольного(сложенного по диагонали) куска нарядной ткани, завязывался впереди узлом, который Пушкин называет бантом. Немецкий перевод выражения “шейный платок” - Hals Tuch - теперь обрусел, и мы стали говорить галс-тук.

 

 

 

 

 

 

 

 

    2, XLIV, 10. Па, pas - балетные и вообще танцевальные движения, в основном, конечно, ногами (pas - шаг, по-французски).
    2, XLIV, 11. ...mon cher papa, мон шер папà  (н - носовое) - мой дорогой папа (французский яз.).
    2, XLIV, 12. Опахало - в данном случае – веер.
    2, XLIV, 13. Грандисон - главный герой романа С.Ричардсона “История сэра Чарльза Грандисона”, см. примечание к 2, XLII, 3-4.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

[4] Si j’avais la folie de croire encore au bonheur, je le chercherais dans l’habitude

{Шатобриан}        (Примечание  А. С. Пушкина)

    Примечание №15 к 2, XLV, 14. Перевод с французского: «Если бы я ещё имел безумие верить в счастье, я бы искал его в привычке». Цитата из повести Шатобриана «Рене».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

    2, XLVI, 11. ...брила лбы... – армия формировалась из крестьян и мещан на основе рекрутского набора, рекрутов из крестьян обычно назначал помещик (иногда – мирская сходка, т.е. собрание крестьян, «мiръ»); намеченным в рекруты брили волосы над лбом.

Конструктор сайтов - uCoz